Звездные цветы

Фракция Сталкеры

Звездные цветы

— Мама… мамочка, где ты?

Она лежит на кровати и молча смотрит на меня спокойными глазами.

— Бабуля, почему она не отвечает?

— Оставь, Лука, пойдем со мной.

Она берет меня за руку, и я встаю с колен, отрывая глаза от маминых, темно-карих, как спелая вишня.

Моя мама вся в черном – это не моя мама. Ее забрала черная звездная ночь. Она выходит в сад и растворяется в темноте, исчезает, а я бегаю между деревьями по лунным дорожкам, кричу и ищу ее.

Все было не так, когда был папа. Он подкидывал меня вверх в голубое небо, где я летал на солнечных качелях. А потом ловил и держал меня на руке, а другой обнимал маму. И когда они смотрели друг другу в глаза, воздух вокруг нас становился разноцветным. Мы обнимались все вместе и шли в наш дом обедать, где бабуля, улыбаясь морщинками, расставляла на круглый стол тарелки с дымящимся супом, а я обводил ложкой белые ромашки в зеленых квадратах на клеенке и играл бахромой, которую мама пришила, чтобы было красиво.

А потом папа не пришел домой, и мама сказала, что теперь он живет на небе и гуляет в звездных садах. Она каждую ночь стала уходить к нему, и однажды будто заблудилась, потеряла дорогу домой.

Теперь мы с бабулей вдвоем сидим за круглым столом, и она говорит, чтобы я не царапал клеенку, когда ложкой рисую на ней квадраты.

Мама, я не могу подняться в небо, чтобы найти тебя там, но я спущу его на землю и мы опять будем вместе. Обещаю.

 

Лука озадаченно стоял перед деревом, на нижней ветке которого, сложив на коленях руки, сидела девочка.

— Привет.

— Здравствуй, — улыбнулась она, убирая с лица вьющуюся прядь темных коротких волос.

— Зачем ты туда забралась?

— Я немного не рассчитала, присела отдохнуть и вот… застряла, — вздохнув, завершила она.

— Как это присела? Ты что летала?

Она молча кивнула головой.

— Я – ангел

Лука недоверчиво смотрел на девочку, теребя ручку плетеной корзинки.

— Ты не настоящий ангел.

— Почему?

— Ангелы не сидят на деревьях как птицы, — и немного подумав, добавил, — они кого-то охраняют или приносят весть, мне бабушка рассказывала.

— Я пока маленькая – просто ангел, — девочка коротко вздохнула, пожав плечами.

— У тебя есть крылья? – поправив лямку штанов, сползшую с плеча, спросил Лука.

— Ага, — она улыбнулась и от этого стала светлым пятнышком на фоне ночного неба.

— Покажешь? – Лука смотрел на девочку, затаив дыхание.

Она смутилась и отрицательно покачала головой.

— Я не могу…

— Почему?

— Я пока не смогу ими пользоваться. Мне нужно пройти испытание.

— Какое?

— Не знаю, мне не сказали, у каждого ангела свое. Но когда пройду, крылья опять появятся и я смогу улететь домой.

— А что ты будешь делать сейчас? – совсем до конца поверив ее словам, спросил Лука.

— Пока не знаю, — улыбнулась она. – Надо как-то спуститься на землю, поможешь?

Она повисла, держась за ветку руками. Лука, отставив корзинку в сторону, встал на носочки и обхватил ее под коленками.

— Отпускай, — не удержавшись, они вместе упали в траву под деревом.

— А у ангелов бывают имена? – спросил Лука, когда они, помогая друг другу, отряхивались от прилипших травинок.

— Ага, меня Ангелина зовут, лучше Геля. – уточнила она, протягивая ему корзинку. – Лука, зачем она тебе?

— Как ты узнала?

— Что? — Ангелина растеряно смотрела на мальчика

— Ты умеешь делать волшебство?

— Нет, я умею слушать, что говорит сердце. Я нечаянно… — она покаянно  опустила голову. – Мне было интересно, почему ты гуляешь так поздно и зачем тебе корзинка, и почему ты один.

— Ладно, давай ее сюда. И что оно тебе рассказало?

— Я не совсем поняла. Тебе нужны звездные цветы. А такие бывают, здесь на земле? – Ангелина робко подняла виноватые глаза.

— Старики в деревне рассказывают, что в давние времена над нашей долиной летела звезда и, не коснувшись земли, рассыпалась серебристой пылью. С тех пор там растут необыкновенные цветы с тонкими как лучи лепестками. С заходом солнца они, раскрываясь навстречу звездам, светятся в траве, потому их можно найти только ночью.

Лука посмотрел в темное небо, расписанное узорами звезд.

— Мне пора.

— Можно с тобой?

Взявшись за руки, они спускались вниз с холма по светлой тропинке, убегавшей у них из под ног, растворяясь в темном куполе неба с мириадами звезд.

Полная Луна, как прозрачный воздушный шар, медленно поднялась из-за гор, осветив долину ровным холодным светом.

— Лука, смотри!

Ангелина, замерев на секунду, побежала вперед по тропинке, распахнутыми руками и глазами, пытаясь охватить, красоту долины, постепенно наполнявшуюся легким свечением.

— Лука, это они, звездные цветы? Смотри! Смотри, как волшебно! – в восхищении, она шепотом повторяла слова, боясь спугнуть красоту.

Она сошла с тропинки и пошла по траве, то останавливаясь, то приседая и касаясь светящихся матовым светом белых цветов, раскрывшихся и словно вбирающих в себя лунный свет.

— Оох! Иди скорей сюда, — затаив дыхание, она присела на колени около цветка, лепестки которого сомкнулись, образовав ярко светящийся фонарик. – Почему они закрылись?

— Осторожно, в них созрели звездные семена. С ними надо аккуратно. – Лука сомкнул свои ладони вокруг закрытых лепестков, и спустя мгновение фонарик отделился от стебелька.

— Как у тебя так вышло?

Не размыкая ладони, мальчик бережно положил цветок в корзинку, на дне которой лежал пушистый платок. 

— Они как птенцы, маленькие и беззащитные. Вот, попробуй сама. – Он взял Гелькины ладошки и сомкнул вокруг бутона. – Чувствуешь, как там стучит, часто-часто, будто сердце у птахи. А теперь попробуй успокоить, чувствуешь?

— Да, — Геля подняла сияющие глаза, — А что теперь?

— Подожди немного.

— Ах…- чуть дыша, девочка-ангел держала в руках цветок, который ей доверился.

— Клади в корзинку.

Они ходили от цветка к цветку, бережно собирая те, которые им доверились. Наполнив корзинку, они вышли на тропинку.

— Лука, а зачем тебе семена звездных цветов? – напевая и кружась вокруг мальчика, спросила  Ангелина.

— Это для мамы

— Для мамы…- она остановилась, прислушиваясь к чему-то внутри себя.

— У ангелов есть мама?

— Я не помню, — и качнула кудрявой головой, отгоняя неизвестность. – Почему ты не позвал ее сегодня, чтобы показать такую красоту?

— Моя мама болеет,- тихо начал Лука, —  с тех пор, как папа ушел жить на небо. Бабушка говорит, что это черная тоска поселилась у нее в сердце и отнимает силы. Каждый вечер, когда зажигаются звезды, она идет в сад, садится на качели, которые сделал папа и молча смотрит в небо. Доктор сказал, что ее может вылечить только чудо.

Ангелина взяла его за руку и тихо пошла рядом.

— Я посажу в нашем саду звездные цветы. Она перестанет смотреть в небо и спустится на землю, когда увидит звезды вокруг себя, и тогда я смогу рассказать ей, как мы с бабушкой ее любим.

 

Ангелина лежала на большой деревянной кровати с резными спинками и толстыми матрасами, как принцесса из сказки, было мягко и тепло. Натянув легкое одеяло до подбородка, она вспоминала, как с Лукой бродила по темному саду и клала в траву бутоны звездных цветов, семена которых разлетятся от первых лучей солнца. Как, стараясь не скрипеть половицами, на носочках, они крались по дому. Добрые уставшие глаза бабушки, смотревшие на нее поверх очков, пока Лука рассказывал ее историю.

Мама…это слово еще в долине странно отозвалось внутри, заставив замереть, а сейчас постепенно погружало во что-то теплое и покойное. Она слышала голоса, но особенно запомнились два, звучавшие с особым теплом.

Вместе с молодой женщиной она сидела в кресле-качалке, куда их, весело кружась по комнате, на руках перенес молодой мужчина. Женщина называла себя мамочкой и говорила, что любит свою кроху, маленькую звездочку. Потом стало немного тесно, потому что с боку в кресло залез мальчишка, и они вместе с мужчиной, сидящим у ее ног, нежно обнимали и говорили, что ждут не дождутся ее появления. Ангелина плавала в волнах тепла и любви, которые лились от них.

Проснувшись утром, она спрыгнула с кровати и, не найдя своего платьица, отправилась на его поиски. В белой, почти до пят, рубашке, которую дала ей вчера бабушка, с растрепанными после сна волосами, она, побродив по дому и не найдя никого, кто мог бы ей помочь, вышла на открытую веранду. Там за столом уже завтракали Лука, бабушка и женщина в черном платье с глухим воротом и с большими печальными глазами, которые она отрешенно подняла на появившуюся Ангелину. Когда их глаза встретились, они замерли, не отрывая их друг от друга.

— Софи, вчера вечером Лука нашел эту малышку в долине, она потерялась и переночевала у нас, — вставая из-за стола, объясняла бабушка. – Гелюшка, ты наверное платье свое ищешь? Вон оно, на веревке, поди уж и высохло, сейчас принесу.

— Звездочка моя… — Софи медленно поднималась из-за стола.

— Мама… мамочка, — девочка сначала неуверенно, потом быстрей пошла, побежала к, протягивающей ей навстречу руки, Софи.

Ничего не понимая, Лука смотрел, то на опустившуюся на колени маму, с глазами полными слез, обнимавшую Ангелину, то на растеряно прикрывшую рот рукой, бабушку.

Позже, после того, как все вместе уложили, едва державшуюся на ногах Софи отдыхать, бабушка отвела ребят в свою комнату, где они, устроившись в большом кресле, приготовились слушать. 

— Шесть лет назад у тебя родилась сестренка.  Ты мал был еще, может, и не помнишь, как любил стоять у ее кроватки и рассказывать ей сказки. Мы удивлялись, как тихо она лежала и слушала, будто понимала. А потом однажды она уснула и не проснулась. Ты говорил, что видел, как она стала ангелом. Кто ж тогда мог подумать, что это не сказка, а вот видишь, как все обернулось.- Она замолчала, глядя куда-то вдаль сквозь время.  

Уже ночью, когда Софи впервые за долгое время спокойно уснула в своей комнате, брат и сестра сидели на качелях в темном саду, где мерцали искорки, прорастающих звездных цветов.

— И что теперь? – Лука легонько отталкивался ногой от земли, раскачивая качели. – Ты останешься с нами?

Ангелина молча сидела рядом, болтая ногами в воздухе и глядя, как качаются звезды в небе.

— Не говори никому, что я была ангелом, ладно?

— А ты разве…

— Лука, — спрыгнув с качелей, перебила она. – Возьми меня сейчас за руки, только крепко и не отпускай.

Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. А потом был долгий-долгий выдох. Лука чувствовал как чем дальше, тем больше нарастало напряжение внутри нее. Прикусив губу, она разрывала все, что связывало ее с небом, отказываясь от того, что делало ее ангелом, пока вновь судорожно не вдохнула, открыв глаза.

— Все. — Она, улыбаясь, смотрела на брата, а из глаз одна за другой, оставляя дорожки на  пухлых щеках, катились слезы. — Я больше не ангел.

— Гелька, сестренка, не плачь, пожалуйста, — обняв, Лука гладил ее пушистые волосы. – Давай, когда ты будешь сильно скучать по небу, мы вместе будем ходить в наш сад, чтобы гулять по звездам.

— Ладно.

Лука взял сестренку за руку, и они пошли домой.

+7
07:26
116
RSS
07:43
+3
Просто сказочное великолепие!)) спасибо Ксени! p26 p26 p26
10:33
+2
Спасибо hs1
08:40
+3
Ухтыж! Очень хорошо, понравилось, прям вот вживую все это увидел как в каком-то мультфильме )
10:34
+2
Спасибо hs8
09:15
+1
Совершенно потрясающий рассказ! fs1
В душу попадает прямой наводкой. Образы настолько зримые,
что кажется, можно до них дотронуться и что-то спросить)))
Тем более, что картина Нино Чакветадзе, очень верно подобранная,
придаёт ещё больше «зримости и осязаемости» твоему чуду.
Спасибо, Ксени! p28 p26 p28
10:35
+2
Спасибо p26
22:14
+1
Все наоборот, от картин родилась история, они вдохновили ms8
22:17
Да, от её картин вдохновение приходит ко многим, что и не удивительно))) fs1
Классный художник! И рассказ хорош, под стать))) p28
10:04
+2
Мне понравилось тоже. Красиво
10:36
+2
Рада, спасибо hs8
15:14
+2
Давно я не читал ничего подобного.
права Наташа — потрясающий.

Вы большая молодец, Ксени. поддержали прям…
p28
19:19
+2
Рада, что понравилось hs8
15:01
+1
Ой, можно на ты!
07:01
+2
Молодец! Но есть нестыковки и по тексту, и по смыслу. Сейчас на работу — у меня отобрали выходной, а потом приду. bs2
14:39
+3
Ага, я подожду cs1
09:53
+3
Ксениии… Чудо какое. И у меня слезки… Такое чистый и добрый рассказ! Класс
14:35
+3
Спасибо, так рада тебе js8
15:01
+2
❤️❤️❤️
06:34
+2
Так… я здесь! Счас перечитаю и переосмыслю))
07:55 (отредактировано)
+2
"… мамочка, где ты?
Она лежит на кровати..." — Это странно. Мальчик смотрит на маму и спрашивает, где она. То, что по смыслу сознание женщины куда-то ушло, читатель ещё не знает и просто с первых же слов тыкается носом в алогичность. «Что с тобой», «очнись», «посмотри на меня» и т.д. — более адекватно, на мой взгляд.

«Она берёт меня за руку, и я встаю с колен...» — Если мальчик смотрит маме в глаза и при этом на коленях, то насколько низко кровать расположена? Вообще не понятно. То есть, картинка не видится. Подробности есть, а ясности нет.

"… отрывая глаза от маминых тёмно-карих..." — Их глаза слиплись? Если во втором предложении убрать «глаза», ибо они там нафиг не нужны ("… смотрит на меня спокойными глазами..." — излишнее уточнение, ничем кроме как глазами смотреть мы и не можем). Здесь можно просто «спокойно смотреть ». А от маминых тёмно-карих глаз (глаз, а не просто от тёмно-карих) мальчик может оторвать взгляд. Взгляд, а не глаза. ))

...«Моя мама вся в чёрном — это не моя мама. Её забрала чёрная звёздная ночь...» — Черноты слишком много, особенно учитывая богатство русского языка. И кого именно забрала чёрная звёздная ночь? Мою маму или не мою маму? И тут же: «Она выходит в сад...» Кто выходит? Ночь или мама?

"… улыбаясь морщинками..." — не понравилось. Я не смогла бы так сказать о своей бабушке. И как же изборождено лицо морщинами, что улыбки не видно? Понятно, что автор хочет сказать, но образ бабушки, по мне, не очень удачный. Послевкусие какое? Чем бабушка запомнилась? Сморщенное лицо и стол нельзя царапать? А мама? Обилие глаз и чёрное платье? Ты штрихами рисуешь образы, надо чуть отточить вот эту твою фишку — заострять внимание читателя на одной-двух деталях персонажа. И не выпячивать эти детали, а именно определять ими силуэты.

Лирическую часть на тему блуждающих в небесных садах я пропускаю, т.к. не моё, но, признаю, некая своя (твоя!) изюминка в этом есть.

Чуть позже ещё допишу))
16:10
выходной)
1. на вопрос «где ты?» сразу дается ответ, «не здесь», потому что она молча смотрит спокойными глазами. Можно написать невидящими глазами, но этот эпизод от лица ребенка.
2. если на коленях стоять, а не сидеть на пятках, то достаточно высоко. высота кровати примерно 50 см, средний рост 130 см — четверть (подогнутые колени)= около метра))
3. о глазах, они не слиплись, они слились. это единственное окно, через которое он пытается достучаться до мамы.
4. о черной ночи и маме в черном. думала об этом. когда написала, но все остальное звучит несколько не по-детски. Это вступление идет от лица мальчика.
5. о морщинках. Когда человек улыбается, у него (даже не стараого) появляются улыбательные морщинки, акцент на доброте. а царапать квадраты — это контаст к счастливой жизни с той же клеенкой, но ромашками — все стало не так… С мамой — да, именно черное платье, как символ смерти (не только папы, но и их прежней жизни) и глаза. Если они закроются, мальчик совсем потеряет с ней связь
20:20
+1
Продолжаю))
«Теперь мы с бабулей вдвоём сидим за круглым столом...» — Но когда девочка утром вышла искать платье, она за столом увидела троих. И женщину тоже. Диссонанс. Т.е. ты утверждала, что теперь всё не так и подчеркнула это достаточно ярко. А оказывается, не совсем так.)

В том моменте, где мальчик обещает спустить небо на землю (оооочень сильное заявление для ребёнка!), есть небольшая нестыковка — мама уходит в сады небесные не ради садов, а в поисках папы. Разве нет? То есть, становится заметным, что обещание — лишь попытка привязать к тексту волшебные цветы.

А теперь вернёмся к женщине в чёрном. Когда девочка её видит своими детскими глазками, думаешь, она ворот платья заметит — глухой он или нет… Ты так задетализировала платье, что кажется, будто и глаза у неё на платье, где-то рядом с воротом. Печаль в глазах важнее фасона платья. А с глазами тоже не всё гладко: у тебя так много её глаз! То карие, то вишнёвые, то печальные, то отрешённые… Платья почти столько же. А образ-то не особо-то и сложился. Немного сложно тебе даются портреты людей. Надо поработать над этим.
Сама идея рассказа не столько чудесная, сколько сказочная. Ну, я атеистка и к сказкам равнодушна. Тем не менее, понимаю, что сказочное волшебство — тебе очень близко. Уверена, что со временем, твои рассказы будут настоящими жемчужинками.))
22:05
+2
hs4 доживу до выходных и все внимательно прочитаю hs8
16:36
продолжаем))
Втроем за столом. Это позже, ее пытаются вытащить в эту жизнь через привычные действия, потому стали приводить за стол.
О волшебных цветах. Она гуляет между звезд в поисках папы, да, мальчик хочет посадить цветы в саду и в темноте они будут как звезды, и когда мама увидит это и встретит сына, ей покажется, что он тоже на небе и будет с ним там разговаривать. Он напомнит ей о себе и бабушке, возьмет за руку и приведет домой. Такой план.
О вороте. Это полная закрытость (как человек в футляре, а не деталь одежды). И сначала она не смотрела на девочку, потому рассматривается внешнее.
Образ мамы — это ее отсутствие для этой жизни. И ты права, много над чем еще надо работать, не только над портретами, с чем полностью согласна, редко даю описание так, чтобы сложился видимый герой.
Маргарита, я очень благодарна, за твои анализы. уже 100-500 раз писала, как важна именно критика. Спасибо большое и не бойся обидеть. Мне критика на пользу. Иногда не сразу дорастаю до понимания замечаний.
Загрузка...