Куда ведут реки

Куда ведут реки
эксклюзивность::
Зона первая, потом другие
уровень критики:
Огонь (критика без ограничений)
Пояснение:
Это все "Бойцовая рыбка".
The Motorcycle Boy reigns.

Столько вопросов, на которые не найти ответ, но река всегда выведет в океан.

 

Получается, это и была твоя последняя воля. Чтобы я запрыгнул на железного коня, потерявшего своего наездника, и умчался прочь из этого проклятого города, в котором столько часов, и они все тикают, и тикают, и тикают, как круглолицые бомбы, и время то рвется вперед, как угорелый бегун, то ползет, как неудачник с перебитыми ногами, и никак не повернуть его вспять.

 

Если бы можно было вырвать из жизни этот последний день, как лист из тетради, и написать на новой странице какую-то чепуху вроде «Все путем», «Сегодня все как обычно», «Все мудаки» или вроде того, и хлопнуть на стол учителю – и плевать, все равно я хожу в чертову школу чисто за компанию с друзьями.

 

То есть ходил. Вся моя жизнь далеко позади – да что там в той жизни? Уехать отсюда – все равно что захлопнуть дверь в пустую комнату. Кто-то жил в ней раньше, там говорили по душам, ссорились и смеялись, коротали жаркие ночи, выздоравливали от ран. А теперь под потолком погасла голая лампочка, и все стало темным-темно.

 

Ночью я вижу по-твоему – все черно-белое, как фильм. Но почему я чувствую себя чужим, случайным дефектом на киноленте, досадным следом от сигареты, который забыли вырезать при монтаже?

 

Кому пришло в голову забыть нас в этом мире, бросить в него, как тех забавных рыбок в аквариум, и запаять крышку?

 

Ты бы смог ответить на этот вопрос, как и на многие другие. Или просто улыбнулся бы вот этой своей не по годам мудрой улыбкой и сказал: «Да не бери в голову», и я понял бы, насколько все на самом деле оглушительно хорошо.

 

Наш старик однажды сказал, что ты родился не на том берегу реки. Где мне искать этот неправильный берег? Додумался ли кто-то перебросить на него мост? Я кидаю вопросы в реку, как камни, и они один за другим уходят на дно, а под самой поверхностью воды резвятся какие-то рыбы – не те ли, о чьей свободе ты так мечтал? Я сделал это. Я выпустил их. Теперь они снова могут драться друг с другом, как и было задумано.

 

Что еще я могу сделать для тебя?

 

Ты сказал: запрыгивай на мотоцикл и мчи к океану.

 

И вот я здесь. Ищу его, твой океан, черно-белый. Но он швыряется мне в лицо россыпью цветов – лазурным, густо-синим, издевательски зеленым – и у меня начинают болеть глаза, но я не плачу, нет, будь я проклят, если заплачу. Ведь ты бы этого не хотел.

 

Не родные места. Но и не чужие одновременно. Нет дома, нет друзей, и никто здесь меня не знает. Это ли зовется свободой?   

 

Быть может, свобода – это когда по тебе никто не плачет?

 

Может, если бы я прочел хоть одну из твоих книг, я нашел бы ответ на этот вопрос. А не нашел бы – ты бы мне растолковал. Порой мне казалось, что ты знаешь все на свете, и эти знания всегда были с тобой, но тебе было мало, мало, и ты все искал их повсюду, а шорох страниц между твоих пальцев вечно вгонял меня в сон.

 

Ты не принадлежал никому – а я потерял тебя, весь мир тебя потерял, и в нем осталась дыра от пистолетного выстрела, и сквозь эту дыру медленно улетучивается все хорошее – все то, чего я никогда не замечал, - и все цвета блекнут, а белые чайки против солнца почему-то становятся черными.

 

Этому дню уже недолго осталось, и я провожаю его на привычную медленную гибель, остаюсь с ним до конца. А чайки все так же гогочут, и волны лениво накатывают на берег, будто раздумывая, а не прокатить ли лишних полметра по утрамбованному песку, и пальмы за спиной хлопают широкими листьями, и всем все равно, и нет ни войны, ни мира.

 

Почему солнце опускается в воду и не шипит?

 

Я смотрю на него в упор, не моргая, пока боль лезвием не проходится по глазам, и слезы уже подступают из глубины, рвутся наружу – и отступают, оставляя по себе лишь смутные призраки под веками.

 

Кто-то уже выплакал целый океан. Хватит.

 

Солнечный диск уходит за горизонт.

 

И в этот момент я ближе всего к тебе, и вот ты уже начинаешь отдаляться, в свое прошлое, где тебе вечно двадцать один, пусть и выглядишь ты старше, а я стою на месте – и одновременно мчу куда-то в будущее, которого не вижу, пусть воздух вокруг так прозрачен, и небо такое чистое, и в нем никого нет.

 

Океан черно-бел после заката. Один миг, когда я наконец-то могу быть тобой.

+9
21:55
247
RSS
22:08
+5

Даже не знаю что сказать. Ничего не смыслю в плане техники написания прозы, но читать было лично мне… даже не грустно, а… одиноко. По крайней мере так чувствовал я. И этим текст зацепил. Нравится.

22:23
+4

Вот так вот, Медведя. Самая суть. ОДИНОЧЕСТВО… такими буквами, что каждая — размером с небо.

17:17
+4

Печально… и созвучно.

22:16
+3

Блеск! Прочитала не раз…



Почему солнце опускается в воду и не шипит?

Быть может, свобода – это когда по тебе никто не плачет?
Шикарные вопросы!



Винс! Лови за великолепность!

22:24
+3

Спасибо, Коша! *Хрумает сладкий виноград, чтобы не было так горько на душе*

Поняла, прочувствовала, увидела… Это невероятная история…

22:28
+3

Черно-белый океан, как вся жизнь в тексте… Шарахнуло.

22:31
+3

Да…

Единственное цветное в фильме — вот это

рыбки

22:37
+3

Наш симпатяшка) Класс!

00:20
+3

Оууууу

07:14
+4

ммм, действительно очень хорошо, пожалуй не будет лишним отметить:



Единственное, мне показалась вторая половина несколько смазана. В первой такое насыщение образами и мыслями, а во второй уже накал снижается и появляется не разум, а чувства. Первая половина мне понравилось больше )

08:03
+5

Спасибо, Роберт! Да, есть такое. Но чувства и должны прорваться наружу, куда же без них!

14:46
+5

Согласен с Робом — в первой части больше размышлений, а потом начинается какой-то лавинный прорыв эмоций, но на мой взгляд, это оправдано как построением, так и конечной задачей текста: передать читателю не только мысли, но и эмоциональный фон, окружающий автора, и эмоции должны быть именно в конце, чтобы не заслонять мыслей, и при этом не потерять накала. Браво, Винс!

14:50
+6

Спасибо большое, Гарди! Писалось сплошняком, потоком сознания и чувств, я будто переселился в этого парня. И все-все прочувствовал, до последней необроненной слезинки.

15:52
+4

Аплодирую, Винс! Сильная штука!

15:59
+4

Спасибо, Мишка! Ты хвалишь всегда за дело!

21:57
+3

Вот читаю текст, и ощущения такие… наверное, это и есть фантомные боли от потери конечностей. Руки-ноги уже нет, но они ещё болят и долго. Это очень передано вот здесь

Ты не принадлежал никому – а я потерял тебя, весь мир тебя потерял, и в нем осталась дыра от пистолетного выстрела, и сквозь эту дыру медленно улетучивается все хорошее – все то, чего я никогда не замечал, — и все цвета блекнут, а белые чайки против солнца почему-то становятся черными.
И да, Медведь точно уловил вкус текста — одиночество… Оно скрипит как песок на зубах…

10:12
+3

Эта фантомная боль не пройдет никогда, в конце концов превратится в смутную тревогу, но не отпустит.

Про песок — очень четко…

Спасибо тебе, Таша.

11:07
+2

Фантомная боль души...

Надо как-нибудь и как-то написать об этом…

Она существует!

15:26
+2

С удовольствием прочту!

11:35
+4

Очень лиричный, щемящий текст.

15:27
+3

Спасибо, Вит! Рад тебе

05:06
+1

Винс, лови!)

артефакт Надежда

«Все мудаки» или вроде того, и хлопнуть на стол учителю – и плевать, все равно я хожу в чертову школу чисто за компанию с друзьями.


А это мысль! Может, мне взять и хлопнуть это на стол всем тем ученикам, кто так и не научился читать и связно изъясняться в сочинениях на родном языке? Только меня потом выгонят, наверное… с позором.

А вообще это такой монолог, который можно бесконечно перечитывать и каждый раз находить что-то новое, не замеченное в предыдущем прочтении. С кем беседует ЛГ? Обращается ли он к какому-то очень дорогому, но уже утраченному им человеку? Был ли это духовный Учитель, пути с которым разошлись, потому что он такой же вечный странник, как и ЛГ? Или он обращается к самому себе прежнему, или к себе будущему? «Куда ведут реки» наполняет ощущением полной затерянности во времени и пространстве. Ты следишь за развитием мысли ЛГ и понимаешь: вот оно — то самое ощущение, та самая смутная мысль, которые меня уже посещали, но теперь они мастерски облечены в слово. И чувствуешь какое-то головокружение, словно на краю бездны, понимая, что на самом деле твой взгляд так и не достиг самого дня этой глубокой мысли. В какой-то момент появилась мысль, что одиночество просто необходимо человеку, потому что в то время, как общество любимых дает наполненность, именно оно, одиночество, дает ни с чем не сравнимую глубину личности.

22:01
+3

Как я соскучился по твоим рецкам!

Этот поток сознания у меня возник после просмотра фильма «Бойцовая рыбка», так что все оттуда.

С кем беседует ЛГ? Обращается ли он к какому-то очень дорогому, но уже утраченному им человеку?
В точку. Это брат, который был для него всем и которым Расти сам так хотел стать. Он ловил каждое его слово — редко кто так слушает самого мудрого учителя. И, так уж получилось, сейчас, в этом монологе на берегу, он говорит и собой будущим — ведь он исполнил последнюю волю брата — сел на его байк и рванул к океану, по пути теряя все ненужное, пережитое, будничное.

В какой-то момент появилась мысль, что одиночество просто необходимо человеку, потому что в то время, как общество любимых дает наполненность, именно оно, одиночество, дает ни с чем не сравнимую глубину личности.
Мне более чем близка эта мысль.
Спойлер

Загрузка...